В Муезерском районе Карелии закон больше не действует?

Карельские правоохранители, похоже, не видят ничего страшного в том, что в Муезерском районе регулярно подделываются нормативно-правовые акты

1 марта 2017 в 09:10, просмотров: 5140

Ситуацию, сложившуюся сегодня в Муезерском районе, с полным правом можно назвать уникальной. Поселком Ледмозеро уже три с лишним года управляют люди, непосредственно причастные к подделке местного Устава, в результате чего они и пришли к власти. А правоохранительные органы, похоже, пытаются замять это дело.

В Муезерском районе Карелии закон больше не действует?
"Незаконный" Устав с сайта ледмозерской администрации после нашей публикации убрали. Но народ почему-то живет по нему.

Фальшивая карьера

Две недели назад мы рассказали, как ледмозерцы обнаружили, что руководят их поселком фактически самозванцы. В 2013 году был изменен Устав поселка: раньше мэра здесь избирали всенародным голосованием, но отныне неосвобожденного главу депутаты должны выдвигать из своего состава. Стал новым главой председатель местного Совета Василий Стасевич, который активно «проталкивал» эти изменения. По его же рекомендации был назначен и сити-менеджер – исполнительную власть возглавил Вячеслав Калиничев, преподаватель музыкальной школы. Примечательно, что именно он был последним всенародно избранным мэром, но, говорят, популярность в народе утратил, и следующих выборов мог не выиграть. А так – назначили, причем усилиями человека, которого Калиничев незадолго до этого принял на работу в качестве директора местного Дома культуры. Так два музыканта и работают до сих пор, в подчинении друг у друга.

Но через какое-то время выяснилось, что изменения в Устав были приняты незаконно: кто-то подделал протокол сессии, указав, что кворум имелся, хотя по факту его не было. Прокурорская проверка подтвердила: решение незаконно. Полицейская проверка выявила: имеется состав преступления. Следственный комитет начал свою проверку. Все эти проверки заняли уже почти год. Тем временем поселок живет по незаконному Уставу, а Василий Стасевич не только не ушел с незаконной должности, но и возглавил весь Муезерский район.

Полнота вопроса

Для того, чтобы разобраться, как такое может быть, мы обратились с запросами в республиканскую прокуратуру, в карельское Управление Следкома и в Контрольный комитет РК. Первыми отозвались «контролеры»: нам вежливо объяснили, что в Госкомитете занимаются нарушениями во власти, но не  ниже, чем на республиканском уровне. А еще они выдают лицензии на алкоголь, но мы об этом вроде как не просили.

Зато ответ прокуратуры расставил все точки над «и», после чего оставил нас в изумлении. Мы призывали  «государево око» разъяснить нам несколько моментов. Во-первых, по-прежнему ли согласны прокурорские работники, что изменения в Устав Ледмозерского городского поселения в 2013 году были приняты на основании подложного решения Совета? Ответ – да, установлено, что был нарушен порядок принятия решения. Поэтому 25 марта 2016 года прокурор заявил протест – и решение, оказывается, было отменено! Это известие стало ответом на вопрос, какие меры приняты надзорным ведомством для устранения последствий нарушений закона. По поводу того, определены ли ответственные за случившееся лица, нам объяснили, что дело находится в Следственном комитете.

Что же касается того, в какой редакции является сейчас действующим Устав Ледмозера, то здесь начались чудеса. Как сообщил нам начальник отдела республиканской прокуратуры по надзору за исполнением федерального законодательства Павел Иващенко, поскольку новой редакции Устава до сих пор нет, то действует этот – отмененный.

Я, конечно, не юрист, но у меня в голове это как-то не укладывается. Если решение сессии, утвердившее Устав, отменено – как он может считаться действующим? Если редакция 2013 года недействительна –  разве не должен действовать предыдущий, законном образом принятый и зарегистрированный, документ? В нашем случае - предыдущая, 2006 года редакция Устава - вон она, висит на официальном сайте муниципалитета...

Если подтверждено, что высшие должностные лица поселка сидят в своих креслах на основании незаконных нормативно-правовых актов, ими же и состряпанных – разве не должны они быть немедленно отстранены от работы, а в поселке назначены выборы мэра? И разве не прокуратура должна была инициировать все эти процессы?

Видимо, ответ на все - нет. Складывается впечатление, что прокуратура либо не знает, что ей делать, либо просто не заинтересована в том, чтобы власть в Ледмозере вновь стала законной. Взять хотя бы протест прокурора: заявлен он был, как мы уже сказали, 25 марта прошлого года, но решение по нему местный Совет принял только 20 июля. Прокурорский протест, который по закону должен быть удовлетворен в 10-дневный срок (если нет мотивированного отказа в удовлетворении), в Ледмозере пролежал под сукном без малого 4 месяца – и прокурора это не смутило!  

Да и само это решение №125 поистине удивительно: «В связи с принятием новой редакции Устава Ледмозерского сельского поселения, отменить решение 28 сессии…». Ни слова о прокурорском протесте, но не это главное: никакой новой редакции-то и нет! И прокуратуру все устраивает! Это – самое поразительное во всей истории.

Коротко и ясно

Теперь что касается причастных лиц. Нам, журналистам, все казалось предельно просто. Есть протокол сессии поселкового Совета. В него внесены ложные данные. Кто же может быть виноват в том, что такой документ появился на свет и был зарегистрирован Минюстом?

Во-первых, человек, который все это написал – в нашем случае делопроизводитель (она уже на стадии полицейской проверки во всем призналась и подтвердила, что знала о незаконности происходящего). Во-вторых - человек, подписавший сфабрикованный документ; а под ним стоит подпись председателя Совета Василия Стасевича. Ну и, в-третьих, человек, представивший фальшивку в Минюст и при этом знавший, что это фальшивка. По нашим данным, отвез документ на регистрацию в Петрозаводск тогдашний глава Ледмозера Вячеслав Калиничев.

Большинство этих фактов уже подтверждены проверками МВД и прокуратуры, а также показаниями многочисленных свидетелей. Сами участники событий также ничего не отрицают – бессмысленно. Что можно инкриминировать участникам событий, тоже предельно понятно: если это должностные лица, то служебный подлог, если не должностные – подделку официального документа и его использование. И то, и другое – уголовные преступления.

Мы попросили Следком рассказать, как продвигается расследование, определены ли подозреваемые, какие сроки установлены. А также спросили - имеется ли у следствия информация о том, что в 2015 году решения ледмозерского Совета вновь были сфальсифицированы, причем с участием тех же лиц? Потому что у нас имеется, и мы об этом публично сообщили.

Ответ из республиканского Управления Следственного комитета порадовал простотой и краткостью изложения. Нам сообщили, что по делу проводится доследственная проверка. Все.

Поясню для несведущих, что это значит. Есть в российском законодательстве такая удивительная штука – доследственная проверка. По сути, это такое же следствие, только, так сказать, неофициальное. Человеку никаких претензий не предъявлено, защищаться ему вроде как не от чего – а ему тем временем «шьют дело» по полной программе. Но есть там еще один нюанс: если очень постараться, проводить доследственную проверку можно сколь угодно долго. Хоть бы и до тех пор, пока не истечет срок давности.

Мы недавно рассказывали о случае, когда в Беломорске правоохранители никак не могли начать расследование подозрительной смерти местного жителя («Смерть человека в Карелии не расследуют, сразу объявив ее самоубийством»). Следователь в рамках доследственной проверки практически ничего не делал. Только после нашей публикации уголовное дело все-таки возбудили – и, видимо, не все там оказалось так просто. По крайней мере, как сообщили нам из Беломорска, расследование не окончено, срок продлили до 12 марта.

У доследственной проверки тоже есть сроки. По закону она длится трое суток, после чего следователь должен определиться - возбуждать дело или нет. Впрочем, успеть за такой срок довольно затруднительно, поэтому его могут продлить до 10 дней, а в особых случаях и до месяца. Так вот: доследственная проверка по ледмозерскому делу длится в общей сложности уже три месяца! Начали ее в июле прошлого года, и через месяц решили дела не возбуждать «за отсутствием состава». Впрочем, это решение руководством было отменено, и в декабре доследственную проверку возобновили. А сейчас кончается февраль…

Куда идет дело

Чем объяснить такую потрясающую неторопливость наших правоохранительных органов в данной ситуации? Да, прокуратуре придется разбираться со всем наследием ледмозерских начальников: ведь если признать их «воцарение» противоречащим закону, незаконными становятся и все их распоряжения, приказы, назначения… А также, видимо, проводимые госзакупки и подписанные госконтракты. Но все рано это болото так или иначе придется разгребать, потому что спрятать ситуацию не удастся: о происходящем знает весь район. И у местных жителей накопились вопросы, которые они наверняка зададут новому и.о. главы республики, когда тот приедет в Муезерку. Видимо, опытному прокурору Артуру Парфенчикову придется прямо на месте учить своих местных коллег, как вести дела…

Но если растерянность прокуратуры можно понять, то действия – а вернее, бездействие – следователей объяснению не поддается. Правовые последствия для жителей Ледмозера их вообще не должны волновать, их дело – найти виновных и предать их суду. Каких еще данных не хватает костомукшскому отделу Следственного комитета, чтобы возбудить дело, лично мне не понятно. Но, учитывая немногословность республиканского Управления Следкома, мы спросим об этом в центральном аппарате Следственного комитета России, куда и направляем соответствующий запрос. А заодно – в Управление Генпрокуратуры РФ в Северо-западном федеральном округе: пусть спецы более высокого уровня разъяснят нам нюансы, при которых действует та или иная редакция нормативно-правовых актов.

Ответы обязательно доведем до сведения читателей.




Партнеры