Хроника событий В Елисейком дворце завершилась встреча премьер-министра Израиля и президента Франции В МИД ответили США на обвинения в нарушении ДРСМД "Раздробить Россию на части": украинский замминистра поставил "несопливую" задачу Ливан призвал ввести санкции против США «Курская битва» за дом на улице Павлова служит циничными прикрытием не только хамства депутата-миллиардера, но и…?

«Корм наш!»: что скрывается в глубинах рыбоводческого бизнеса в Карелии

1 августа 2017 в 09:29, просмотров: 1630

Первые среди равных

Сначала немного о новом производстве. Предприятие, являющееся частью холдинга «Карельские рыбные заводы», выпускает действительно уникальную продукцию. Это единственный в стране завод, на котором  делают корм для форели. До сих пор все форелеводы закупали его за границей – разумеется, за валюту. Этим и объясняется – но лишь отчасти! – высокая цена рыбы в наших магазинах.

Естественный вопрос: почему нельзя наладить соответствующее производство в родном отечестве? Состав корма довольно прост: пять видов муки, два вида глютена, и дрожжи. А еще некий ингредиент, который не позволяет корму тонуть.

В этом, как объяснили нам специалисты, и заключается вся сложность. Форель питается не со дна, а в толще воды. То есть корм не должен тонуть – и именно такое свойство придает ему это секретное вещество. Предвижу реакцию читательской аудитории: мол, все мы знаем, что это за ингредиент, который не тонет. У нас в России его, похоже, добавляют везде - в асфальт, в лекарства, в электронику. А для отечественного автопрома это, мне кажется, вообще основное сырье. Как и для отечественного кинематографа…

Но проблема оказалась серьезнее. Много лет российские рыбоводы бились над ее разгадкой, и вот - решение найдено. Именно «Карельские рыбные заводы» преодолели этот технологический барьер. Теперь это рыбоперерабатывающий холдинг полного цикла, где рыбу выращивают от икры до прилавка на собственных кормах, изготовляемых по собственным, уникальным технологиям. Причем секреты производства тщательно охраняются – журналистов даже просят не фотографировать оборудование.

Пока КРЗ «кормит» только собственную рыбу. Но, как заверяют в руководстве фирмы, в скором времени они смогут и продавать продукцию другим форелеводам. Это подтвердил и руководитель Федерального агентства по рыболовству:

- Если заявленные планы сбудутся, это будет достаточно мощное, крупное предприятие, которое, в целом, сможет покрыть где-то до 50 процентов рынка кормов для форели, − отметил Илья Шестаков.

       Артур Парфенчиков и Илья Шестаков

По словам чиновника, все это должно снизить себестоимость производимой в Карелии форели (что составляет две трети рынка в Центральном федеральном округе) – а значит, и ее цену в магазинах. С этой же целью республика готова оказать рыбопромышленникам определенные преференции. Но есть и альтернативное мнение: если форелеводы будут досконально соблюдать правила – рыба только подорожает.

Капитализация и утилизация

Полный расклад  того, что сегодня происходит в форелевых джунглях нашего региона, да и в России в целом, дал нам Сергей Иванов, представитель акционеров предприятия.

Во-первых, покупка иностранных компонентов для корма в обозримом будущем продолжится, и ничего с этим не поделать. Покупают КРЗ лишь один ингредиент – рыбную муку, завозят из Марокко. Просто потому, что в России своей рыбной муки нет, так как отсутствует флот для вылова мелкой рыбы. В свое время он базировался на Черном море, но при разделе СССР отошел Украине.

Можно, конечно, использовать для производства кормов отходы от производства самой форели. Но мало того, что это очень непросто технологически, так еще и природу не обманешь. Генетический код приводит к тому, что рыба, выращенная на отходах собственного вида, переходит в стадию каннибализма – начинает есть сородичей. Впрочем, ученые считают, что проблема это преодолимая. Если удастся ее решить – выращивание садковой форели превратится фактически в безотходное производство. Кстати, карельские рыбопромышленники осваивают сейчас технологию производства прямо на борту траулера высококачественной муки из путассу. Новинкой уже заинтересовались финские производители кормов.

Между тем очень скоро проблема рыбных отходов станет едва ли не самой насущной в Карелии. Дело в том, что их утилизация стоит очень недешево, и многие хозяйства этой мерой пренебрегают. Но об этом ниже.

В премиум-сегменте

На «Карельских рыбных заводах» сейчас бьются над решением вопроса наиболее дешевой утилизации отходов. По словам Сергея Иванова, в следующем году результат должен быть получен. Но это совсем не значит, что розничная цена на продукцию упадет. Цена останется высокой за счет высокого качества.

- Та упакованная рыба, что продается сейчас в петрозаводских магазинах – это в основном белорусские продукты на норвежском сырье, - объясняет бизнесмен. – Это «разморозка».  Мы не можем конкурировать, там слишком дешево. Наш продукт, в котором нет ничего, кроме соли, перца и, если копченая – дыма, - это продукция премиального сегмента. Но она вся продается на внутреннем рынке, поскольку ее экспорт странами Евросоюза запрещен - сложная ситуация, давайте для простоты назовем это «санкциями».

Впрочем, продукция КРЗ отлично реализуется и на внутреннем рынке. Частично оптом, частично через товаропроводящие сети, из которых в Карелии пока есть только одна. Но и с ней соглашение пока еще не заключено.

Что же касается кормов, то КРЗ готовы покрыть своим товаром потребности всей Карелии. После отладки технологических процессов прогнозируется выпуск до 2500 кормов тонн в год с возможностью увеличения до 12 тысяч тонн. Но, по словам Сергея Иванова, если поставить вторую линию – завод обеспечит все соседние области: Ленинградскую, Архангельскую, Вологодскую… И корм будет значительно дешевле, чем импортный, который сегодня покупают рыбоводы. А по качеству не хуже.

Второй этап развития предприятия как раз и предусматривает создание собственного лабораторного комплекса для контроля за качеством выпускаемой продукции и входящего сырья. Лаборатория позволит определять такие элементы корма, как сырой протеин, жир, белок, фосфор, макроэлементы, аминокислоты, витамины, органические кислоты. И если лаборатория будет обслуживать и остальных рыбопромышленников региона, правительство республики готово компенсировать акционерам часть затрат.

Медвежья болезнь

«Вершки» рыбной отрасли – ее прибыльность и устойчивое развитие – несомненно, идут в плюс руководству республики. Но в очень скором времени нам всем придется столкнуться с ее «корешками». Под угрозой экология всего региона.

Во-первых, проблема отходов. Подсчитано, что себестоимость сжигания одного их килограмма соответствует стоимости литра дизельного топлива. Куда дешевле свалить кучу потрохов в лесу и зарыть трактором. А между тем этот, казалось бы, биологический продукт наносит огромный вред экологии. Мало того, что такой концентрированный источник азота просто выжигает всю окружающую почву, так в лес еще и попадают вещества, которых там быть не должно. Все, чем кормят садковую рыбу – те самые пять видов муки, глютены, дрожжи…

Чтобы представить, о каких объемах идет речь, нужно посмотреть на статистику. Отходы составляют от 15 до 17 процентов веса рыбьей тушки. В 2016 году в Карелии было выращено 21,2 тысячи тонн рыбы, что дало около 3400 тонн отходов. Это примерно 45 товарных вагонов! И если предположить, что хотя бы половина из них не была утилизирована должным образом (на самом деле, шепчутся рыбопромышленники – куда больше) – следовательно, около полутора тысяч тонн рыбьих потрохов гниют сейчас где-то в карельских лесах.

А поскольку экономить – значит экономить на всем, сваливать отходы нерадивым рыбоводам приходится где-то поблизости от дорог, от человеческого жилья. Потом на эту стихийную свалку приходят медведи и росомахи, да и остаются жить поблизости, в опасном соседстве с человеком. В окрестностях той же Костомукши уже не раз сталкивались с этой проблемой, но открыто назвать причины происходящего местные власти не решаются. Кто же рискнет дырявить флагман республиканской экономики?..

Вторая проблема – садки. Местные жители, наблюдающие за деятельностью соседей-форелеводов, давно знают, чем такой бизнес оборачивается для аквакультуры. Маленькие озера, не рассчитанные на такое зарыбление,  просто умирают, превращаясь в коктейль из фекалий и компонентов рыбьего корма. Недаром в соседней Финляндии садки давно выносят на открытую воду.

     Редкое карельское озеро обходится теперь без такого вот "украшения"

Карельские рыбаки начали бить тревогу еще 5 лет назад. Тогда на имя губернатора было отправлено коллективное обращение. Приведу выдержки:

«Активное развитие форелеводства в Карелии – без сомнения, необходимо для экономики республики. Его не остановить и останавливать не нужно. Однако сегодня оно наносит серьезный урон экологии водоемов. Особенно это касается небольших непроточных озер, где власти республики разрешают, по непонятным нам причинам, возводить такие хозяйства.

Кроме того, мы уверены, что условия выращивания рыбы на очень многих хозяйствах не соответствуют требованиям. Переработка не ведется, чистка рыбы (обескровливание) зачастую происходит в воду, в лес и пр. Часто нет поддонов под садками, как на Западе, для остатков корма. Все загрязнения попадают в воду. Мы не верим, когда нас убеждают в обратном, потому что мы бываем на водоемах, где разводят форель. Хозяйств, которые думают об экологии, единицы».

Авторы обращения предлагали запретить организацию форелевых хозяйств на малых озерах, где нет проточной воды, и жестко контролировать ответственность бизнеса за экологию. Насколько исполнены эти пожелания – спросите у тех, кто живет рядом с форелевыми садками. О том, как смотрят на проблему ученые, мы уже рассказывали

…А пока в Карелии готовится к созданию кластер, который позволит увеличить выпуск товарной рыбы до 50 тысяч тонн в год – в два с половиной раза больше. Хотя после вмешательства ученых реальная цифра была все-таки снижена - до 35 тысяч тонн. 

Фото автора

Санкции . Хроника событий



Партнеры