В Швеции тоже оптимизация: как скандинавы решают проблему. Часть первая

Жители глубинки в благополучной Европе сталкиваются с теми же реалиями, что и население карельских районов

10.10.2018 в 21:39, просмотров: 840

Население Оселе, что в провинции Вестерботтен на севере Швеции, насчитывает всего 2800 человек. Это сравнимо с карельскими Видлицей или Поросозером. Но Оселе - полноправный город, с величественной каменной церковью, музеем, с яркой политической жизнью и своими проблемами. Они очень схожи с проблемами карельских районов, но решаются совершенно иначе.

В Швеции тоже оптимизация: как скандинавы решают проблему. Часть первая
В дни выборов смотрится как список требований...

Из больницы в политику
От Умео, столицы лена Вестерботтен, Оселе расположен в 150 километрах. С разрешенной скоростью – два часа на автобусе. Но делегация российских журналистов, в которую входил и я, проделала этот путь туда и обратно хотя бы ради того, чтобы познакомиться с главой города. Мы изучали местную систему выборов, и не могли упустить возможность поговорить с Линной Линберг. Дело в том, что к тому моменту она была самой молодым в стране председателем городского совета: ей всего 29 лет, и по образованию она медсестра.
Выглядит Линна довольно необычно: миловидная женщина с сиренево-желтыми волосами  носит немаленькую серьгу в носу и трехсантиметровый «тоннель» в ухе.

 Линна Линберг. Фото: Жанна Яроцкая

Представить себе такого председателя горсовета в России, согласитесь, невозможно. Но соседей-«осельчан» это, похоже, совершенно не смущает. По крайней мере, Линна не чувствует на себе косых взглядов – и, в конце концов, 4 года назад горожане избрали именно ее.
Как же руководителем города может стать 25-летняя медсестра? Линна родилась в Оселе, и жила с одной мыслью: уехать. Ее можно понять. Даже в пору своего рассвета, в 70-х годах прошлого века, город насчитывал лишь 5 тысяч жителей. Но потом исчерпались рудники, народ начал уезжать. Население сократилось наполовину. Шестнадцатилетняя Линна тоже уехала – отправилась в Стокгольм, где и получила образование медсестры. Но столичная жизнь оказалась не про нее. Девушка вернулась в родной городок – и ударилась в политику.
По партии на человека
Помните у Ильфа и Петрова? «В уездном городе N было так много парикмахерских заведений и бюро похоронных процессий, что казалось, жители города рождаются лишь затем, чтобы побриться, остричься, освежить голову вежеталем и сразу же умереть». Так вот: в Оселе, похоже, люди живут исключительно ради политической деятельности. Только за последний год здесь было образовано 4 новые партии, из которых две успели самораспуститься. Впрочем, для Швеции это вполне нормально, в стране огромное количество местных партий. Здесь нет понятия «самовыдвиженец», для участия в выборах кандидат должен состоять в какой-либо партии – или учредить свою собственную. Поэтому никого не удивит наличие партии, состоящей из единственного человека.
Каждая партия создается с какой-то определенной целью – политической, экологической, социальной направленности. 

Читайте по теме: «Чем шведские выборы отличаются от российских. Часть вторая»

Линна всю себя решила отдать партийной работе. Потому что больше заниматься в городе, если честно, практически нечем. Мизерное количество людей на огромную территорию дает крайне низкую плотность населения – меньше одного человека на квадратный километр. Жители – в основном школьники и пенсионеры. Серьезной промышленности практически никакой… Вот и борется народ за светлое будущее. И партия, в которой состояла Линна, в 2014 году пришла к власти, а ее сделали председателем городского Совета, состоящего из 31 депутата.
Общие реалии
Первое, с чем пришлось столкнуться Линне – недостаток финансирования. Это при том, что годовой бюджет городка составляет 200 миллионов крон – 1,6 миллиарда рублей на 2800 человек! (Для сравнения: 280-тысячный Петрозаводск в этом году планирует заработать 4,6 миллиарда). Но этого не хватает на то, что в российском варианте называется «местными полномочиями»: социальная сфера, медицина, образование, охрана порядка... Поэтому Оселе остался без собственной «скорой помощи». Линна не исключает, что и в школу возить детей придется в другой город.
Услышав такое, впору не поверить ушам своим: мы-то думали, что повальная оптимизация только у нас, а Европа благоденствует! Оказывается, ничего подобного: нет денег – нет услуг. Шведские журналисты рассказывали, что в некоторых провинциях, особенно на севере, на несколько городков приходится один полицейский.
Столкнувшись с типично российскими реалиями, мы были вправе рассчитывать на типично российскую реакцию – протест. Но ничего подобного обнаружено не было: в разгар предвыборной компании жители городка не вздымали над головой самодельные плакаты, а… жарили сосиски возле специальных агитационных домиков и балагурили.

Читайте по теме: "Чем шведские выборы отличаются от российских. Часть первая»

Как же «осельчане» собираются решать свои проблемы? Трудно поверить, но как раз через выборы. Линна рассказывала, что ее партия, которой в этом году исполнилось 25 лет, ратует за развитие туризма и за повышение муниципального налога. А он составляет, между прочим, 23,15 процента. Даже в столице лена Вестерботтен – Умео – жители платят меньше, 22 процента. А к этому еще надо добавить до 25 процентов национального налога, и пояснить, что налогами в Швеции облагается не только доход и имущество, но и капитал.
А еще партия, в которой состоит Линна, намерена как можно скорее интегрировать в общество приехавших мигрантов. Как восприняли эти идеи сограждане – в нашем следующем материале. 
Окончание следует.