За что судят Девлетхана Алиханова: версия следствия

Как Петрозаводск продал полтора километра муниципальных площадей по цене четырехкомнатной квартиры

5 октября 2016 в 08:18, просмотров: 4191

Во вторник 4 октября началось, наконец, рассмотрение по существу дела известного карельского бизнесмена и политика Девлетхана Алиханова. Он проходит обвиняемым по делу о продаже петрозаводских муниципальных помещений, после которой городская казна лишилась 26 миллионов рублей. Причем обвиняемым он остается единственным: никто не предъявляет претензий городским властям, допустившим такую сделку. Поскольку с момента ареста (февраль прошлого года) народ успел подзабыть, в чем же обвиняют бизнесмена, мы кратко излагаем точку зрения следствия – ее нам предоставили собственные источники из силовых ведомств.

За что судят Девлетхана Алиханова: версия следствия
фото: Дмитрий Ананьин
Суд будет долгим: сотня томов дела...

К всеобщему удовлетворению

Все началось еще в 2004 году, когда карельский филиал одного из крупных российских банков обратился в петрозаводским властям за помощью. К этому времени банк арендовал у города 15 помещений в разных микрорайонах, в котором размещались отделения. Естественно, что все содержание этих помещений, включая ремонты, ложилось на плечи арендатора. Который, понятно, был заинтересован в том, чтобы договор аренды как можно дольше не расторгался. Об этом и попросило руководство банка тогдашнего мэра Виктора Маслякова – о заключении арендного соглашения минимум на 10 лет. Всю сумму арендных платежей за предстоящее десятилетие банк готов был внести авансом – а составляла она 32 миллиона рублей.

Надо сказать, что при таких условиях собственнику помещений сделка тоже очень выгодна. С одной стороны, получаешь сразу крупную сумму – ее можно вложить  в дело, которое потом также принесет прибыль. С другой стороны, отпадает необходимость постоянно искать «нового жильца»: есть стабильный арендатор с отличной репутацией, который будет много лет содержать за свой счет принадлежащее тебе помещение. Так что, к полному удовлетворению сторон, сделка была заключена, и 32 миллиона рублей пополнили городскую казну.

Но затем в банке задумались: зачем платить аренду, когда можно просто купить? И банкиры начали бомбардировать петрозаводскую мэрию просьбами о продаже недвижимости. Несколько писем ушло и в адрес тогдашнего главы Карелии Сергея Катанандова. Переписка заняла около двух лет.

Наконец, в конце 2007 года состоялась личная встреча управляющего карельским отделением банка с Виктором Масляковым. В разговоре банкиры напирали на то, что у них один из самых популярных банков страны, куча народу именно в нем хранит деньги, получает пенсии и платит за «коммуналку», и поэтому шаговая доступность отделений – это социальный проект. После обозначения социальной функции городская администрация сдалась: вопрос о включении в план приватизации всех 15-ти муниципальных помещений общей площадью 1700 кв.м. был вынесен на сессию Петросовета.

«Незамеченная» катастрофа

Если кто не знает, как приватизируется муниципальная собственность, объясняю. Все необходимые документы готовят в местной администрации, точнее – в Управлении муниципальным имуществом или аналогичном органе. Там же готовят и обоснование сделки: какие выгоды сулит она городу, какие риски имеются, и имеет ли смысл ее заключать. Все эти бумаги поступают в местный представительный орган. Так было и в этот раз: петрозаводский КУМИ проверял будущую сделку на предмет рисков. А они были, и преогромные.

Во-первых, как мы уже отметили, сдача такого большого количества помещений в аренду на такое большое количество лет, да еще и с полной предоплатой – сделка более чем выгодная. Деньги уже получены, помещения содержатся за чужой счет, и остаются твоими по окончании срока договора. Аренда – это когда деньги идут, а делать ничего не надо. То есть, по сути, на продажу выставлялась не муниципальная недвижимость, а весьма прибыльный арендный бизнес, приносящий городу хороший доход. С какой стати его отдавать?

Вторым моментом стал вопрос снижения стоимости помещений ввиду наличия долгосрочного арендатора. По логике экспертов, арендатор не позволяет использовать недвижимость для каких-то других целей, и поэтому ее ценность падает. В реальной жизни все обстоит с точностью до наоборот.

Любой владелец коммерческой недвижимости подтвердит вам: долгосрочный арендатор только повышает рыночную цену помещения. Потому как - зачем его использовать для чего-то, если оно уже приносит прибыль? Характерный пример в этом отношении – знаменитое петрозаводское кафе «Кивач», после стольких лет успешной работы сменившее владельца. Мало кто в курсе, но хозяин поменялся лишь у предприятия, а не у помещения, в котором оно расположено. Прежний владелец на протяжении без малого 20 лет выкупал эти площади, а когда выкупил – сразу сдал в аренду. И можно не сомневаться, что и новый хозяин «Кивача» мечтает их выкупить, да только кто ж ему продаст…

И самое главное. По закону новый владелец недвижимости имеет полное право забрать себе ту часть арендной платы, которая была внесена за период, когда право владения уже перешло к нему. Это значит, что в случае продажи город лишился бы крупной суммы - аренды за 7 лет.

Все это делало продажу помещений не просто невыгодной для города, а настоящей экономической катастрофой. А новый владелец получил бы огромную в петрозаводских масштабах выгоду.

Деньги под ногами

Не уверен, что даже на суде мы узнаем, представила ли петрозаводская администрация депутатскому корпусу все перечисленные риски. Но, по мнению следователей, они были бы оправданы в случае покупки помещений именно банком.

Самое главное: банкиры, став собственниками, не стали бы требовать возмещения аренды. В деле имеются показания, что именно такая договоренность была достигнута между ними и руководством города – разумеется, неофициально. Логика это подтверждает: начни крупный банк высуживать у провинциального муниципалитета внесенные платежи, он стал бы главным героем грандиозного скандала, и репутационные потери для него составили бы куда больше, чем пара десятков миллионов рублей. Думается, и акционеры банка согласились бы с таким мнением – по крайне мере, нигде в СМИ истории подобного рода не всплывали.

Что же касается выгодности сделки для городского бюджета, то вопрос так и оставался открытым. Единственное, что могло оправдать готовящуюся продажу – социальный аспект. В любом случае, последнее слово оставалось за депутатами.

Итак, КУМИ внес вопрос о продаже муниципальных площадей на рассмотрение комиссии Петросовета. Руководил ею тогда депутат Евгений Журавлев, талантливый бизнесмен. Еще одним членом комиссии был депутат Григорий Копнин, не менее искушенный предприниматель. (Напомним, что оба сейчас отбывают срок заключения за мошенничество по «делу о Неглинской набережной»). Можно только представить себе, как закружилась голова у обоих дельцов, когда, изучив поступившие документы, они увидели, с какими активами собирался расстаться городской бюджет, и на каких условиях их можно приобрести.

Во-первых, нигде не сказано, что помещения продаются именно банку – это было бы вопиющим нарушением закона. Они выставлялись на аукцион, и приобрести их мог любой желающий, готовый заплатить больше остальных.

Во-вторых, цена. При рыночной стоимости всех пятнадцати объектов в 46 миллионов рублей оценщики, помянув долгосрочного арендатора, снизили ее до 33,4 миллионов – в то время как реальная цена, наоборот, возрастала.

Представьте себе, что вы хотите купить квартиру. Но не для того, чтобы в ней жить, а чтобы сдавать. И вот вам предлагают хоромы, в которых уже есть чистоплотный жилец, который будет здесь жить еще 7 лет. А деньги за съем, за все эти годы, вам отдадут сразу. И при всем этом цена квартиры почему-то гораздо ниже, чем у такой же – но без жильца… Воспользуетесь ли вы такой возможностью? Безусловно. По мнению следователей, опытные бизнесмены Журавлев и Копнин не могли пройти мимо такой удачи. Мешало одно: денег, чтобы бороться на аукционе с банком, у них не было. Но на их стороне была фортуна.

Добрый дядя

Между делом выяснилось парадоксальное обстоятельство: в муниципальном аукционе сам банк участвовать не мог! В его учредителях состоит и государство, а оно не может «играть» само с собой. Юристы до сих пор расходятся во мнениях на этот счет, но факт остается фактом: банк не мог быть участником сделки, которую сам же и инициировал.

Впрочем, там не дураки работают, и с такой проблемой им приходилось сталкиваться много раз. На этот случай имеется отработанная, совершенно законная схема: заключается договор со сторонней фирмой, которая выходит на аукцион, и на общих основаниях приобретает нужные помещения. Затем эти площади переходят в собственность банка - за небольшую маржу плюс накладные расходы.

Так решено было поступить и на этот раз. Проблема была в том, что найти подходящего посредника банку не удалось – ни у кого из дружественных фирм не было свободных средств. И тут на сцене появился как всегда элегантный Девлетхан Алиханов - бизнесмен, депутат и меценат. Именно он и согласился стать тем самым посредником, готовым оказать услугу и банку в плане работы, и жителям города в плане доступности к кредитным учреждениям.

Как утверждает наш источник, наличие такой договоренности не отрицают ни руководство банка, ни Алиханов. Правда, расходятся в показаниях относительно того, управляющий ли банком вышел на бизнесмена, или тот сам предложил свои услуги. А момент это ключевой: в первом случае все то, что произошло дальше, является головотяпством банковского руководства, во втором – исполнением продуманного плана мошенничества. Ведь ни для кого не секрет, что депутаты Журавлев и Копнин были давними бизнес-партнерами и соратниками Девлетхана Медетхановича. Да и весь Петросовет активно к нему прислушивался – недаром некоторое время спустя именно Алиханов возглавил странный орган под названием Координационный совет Петрозаводска, который фактически диктовал решения депутатскому корпусу.

Как бы то ни было, депутатская комиссия продажу городской недвижимости одобрила, и рекомендовала сделать то же самое коллегам по Петросовету. Сессия высказалась «за». Интересная подробность: помещения не просто позволили продать, а дополнительно включили в уже утвержденный план приватизации. Насколько нелегко это сделать, бизнесмены знают по себе. То есть кто-то очень спешил выставить муниципальные площади на аукцион...

Смена концепции

Аукцион состоялся в том же 2007 году. Участников было трое: Евгений Журавлев, представлявший интересы своей мамы, Григорий Копнин, представлявший интересы некоей Тамары Шутихиной, и Александра Корнилова, правая рука бизнесмена и политика Василия Попова (сейчас проходит обвиняемой по «делу Петропита»). Впрочем, она выбыла сразу, и после одного аукционного шага в 200 тысяч рублей собственником помещений стала Валентина Журавлева.

Интересный нюанс: из 15-ти помещений женщине досталось только 13 – два, как выяснилось, город продать не мог, поскольку они находились в республиканской собственности, о чем в КУМИ то ли не знали, то ли забыли. Очень характерная для тогдашней городской администрации история…

Вопрос: откуда у женщины такие деньги? Как выяснило следствие, за месяц до конкурса она взяла заем в размере почти 30 миллионов рублей - по тогдашнему курсу около 1 миллиона 190 тысяч долларов. Кредитором Валентины Журавлевой выступил Девлетхан Алиханов.

Впрочем, владелицей всех этих площадей Валентина Николаевна была недолго. Очень скоро она их продала той самой Тамаре Шутихиной, что уступила ей на конкурсе. Продала без всякого «навара», за те же 36,6 миллиона, но никаких банковских документов о перечислении этих денег на счета Журавлевой найти так и не удалось, только расписки. Откуда деньги у новой покупательницы? Большей частью – одолжили. Кто? Алиханов.

Учитывая, что и семья Журавлевых, и семья Тамары Шутихиной составляли ближний круг Девлетхана Алиханова, это перекладывание денег из кармана в карман кажется странным. Но люди знающие сразу его оценят: как бы впоследствии не пытались оспорить продажу муниципального имущества г-же Журавлевой, г-жа Шутихина стала «добросовестным приобретателем». То есть ни при каких раскладах лишить ее этой собственности уже было нельзя.

Сделку зарегистрировали, бумаги подписали, и руководство банка отправилось к Девлетхану Алиханову с намерением получить обещанные помещения. Но тот не был собственником недвижимости, все дела вел представитель Шутихиной Григорий Копнин. В 2009 году он, наконец, согласился заключить с банком сделку по продаже, но представил новую оценку стоимости имущества. Теперь банку предстояло заплатить за те же площади свыше 500 миллионов рублей. Проделала такое «обследование помещений» одна ярославская контора.

Впоследствии продажная цена опустилась до 100 миллионов, но банку это было уже не интересно. В результате ребрендинга большая часть арендованных помещений перестала его устраивать. Так что в итоге кредитное учреждение не потеряло ни копейки – чего не скажешь о городе.

Произошло то, что должно было произойти: в суд полетели иски по возмещению арендный платежей в пользу нового собственника. Все они были удовлетворены, в результате чего городской бюджет выплатил по ним 26 с лишним миллионов рублей из 32-х полученных. Эти деньги тут же перекочевали на счета Девлетхана Медетхановича: Тамара Шутихина вернула долг.

По подсчетам Генеральной прокуратуры РФ, в общей сложности город понес убытки на 35 миллионов рублей. Сложно сказать, как считали в Москве, но явный итог таков: тринадцать муниципальных помещений общей площадью свыше полутора квадратных километров достались г-же Шутихиной за 6,5 миллионов рублей. Сейчас на эти деньги можно купить не самую дорогую четырехкомнатную квартиру в центре Петрозаводска. Не более того.

Куда ведут все дороги

У следствия нет сомнений, что всю эту схему финансировал именно Девлетхан Медетханович, а стало быть – он и организатор. Алиханову инкриминируют мошенничество в особо крупном размере. Светит ему за это до 10 лет заключения. Сам политик и бизнесмен своей вины категорически не признает.

Но остается неясным роль в этой истории петрозаводских властей. Почему мэр Виктор Масляков позволил выставить на продажу ликвидное имущество, за которое потом пришлось бы еще и доплачивать – возвращать арендную плату? Сам он утверждает, будто пребывал в полной уверенности, что помещения уйдут банку. Обманул его Алиханов. Масляков – жертва.

Почему Петросовет согласовал крайне рискованную и заведомо невыгодную для города  коммерческую сделку? Спросить не с кого: Совет – орган коллегиальный, и посадить его на скамью подсудимых возможности не представляется. Петрозаводских депутатов сажают по одному…

Очень большой вопрос: почему в конкурсе участвовали только люди Алиханова? О том, что лакомый кусок городской собственности выставлен на аукцион, знали многие – и, тем не менее, никто не попробовал урвать его себе. Почему?

Объяснение мы получили из двух разных источников. Как ни странно это звучит, но у представителей крупного карельского бизнеса есть своя этика: они никогда не наступают друг другу на пятки. Они могут ломать копья на политической ниве, поливать друг друга грязью через подконтрольные СМИ, судиться и даже драться – но никогда не перебьют друг другу сделку. И в силовых структурах, и в бизнес-сообществе нам подтвердили: все вокруг знали, что покупка помещений банка – схема Алиханова, и никто не стал ее ломать. А может, и с банком ссориться не хотели - кредиты потом брать где-то надо…

Кстати, во всем произошедшем некоторые бизнесмены никакой вины Алиханова не видят. Помещения куплены честно? Честно. Письменные обязательства продать их банку он давал? Не давал. За что же его арестовали? По сути, он подобрал то, что город выкинул. А то, что выкинуто было неправильно – это уже проблемы города.

Но следствие настаивает на том, что Алиханов как раз и организовал это «неправильное выкидывание». Якобы он и лично, и через своих людей подтолкнул городские власти -  исполнительную и представительскую - к продаже муниципального имущества. И именно он, опять же через подставных лиц, получил все выгоды от этой сделки, при этом нанеся ущерб петрозаводской казне.

Судя по всему, именно эти две точки зрения и будут отстаивать стороны на суде. Впрочем, дело насчитывает 92 тома, и разбирательство явно займет немало времени. К сожалению, мы не можем здесь привести точку зрения самого Алиханова – получить комментарии второй стороны нам не удалось по независящим от нас причинам. Так что аргументы защиты нам придется транслировать уже из зала суда.



Партнеры